Официальный сайт администрации городского округа «Город Калининград»
Фотогалерея. Фото Блохина Дениса

Просмотрено страниц
180327297
120042

Хосты
10353565
9086

Посетители
47435618
81714
237
   
«Балтийский альманах»
ИСТОРИЯ И ЛИТЕРАТУРА

Стефан Хвин

УЯЗВЛЁННАЯ СОВЕСТЬ

Поэма Адама Мицкевича «Конрад Валленрод» - один из важнейших текстов современной польской культуры. Слово «валленродизм», происходящее от фамилии главного героя этого произведения, вошло в польский язык как одно из тех принципиальных слов-символов, которые образно отражают ключевые вехи национального опыта последних двух столетий польской истории. Сегодня это слово знает каждый образованный поляк, ибо проблема, которую затронул Мицкевич в своей поэме 1828 года, надолго превратилась в Польше в тему бурных дискуссий и по-прежнему присутствует в массовом сознании поляков, хотя эпоха, когда это произведение возникло, уже принадлежит прошлому.

Когда под конец XV века Польша утратила независимость, покорённая своими могущественными соседями - Россией, Австрией и Пруссией, поляки оказались перед вопросом, ответ на который им пришлось искать на протяжении всего XX и почти всего XX столетия: «Как бороться с несоизмеримо более сильным противником? Как в этой неравной борьбе примирить политику с моралью, а стремление к личному счастью - с нерушимым долгом по отношению к Родине, само существование которой находится под угрозой?»

В Польше первое восстание против российской оккупации было подавлено уже в 1774 году. Очередные попытки завоевания независимости, предпринятые в 1830 и в 1863 годах, также были жестоко пресечены. После ряда поражений многие поляки решили, что существует только один эффективный способ борьбы за независимость - борьба тайная, подпольная, заговор, двойная игра, введение противника в заблуждение. Таким образом, следовало изображать покорность русским, прусским и австрийским властям и одновременно тайком действовать против них. «Валленродизм» - ибо именно так была названа эта форма борьбы - не был сознательным выбором поляков. Он был назван им трагической ситуацией, в которой оказалась Польша, когда соседние державы уничтожили её государственность.

Мицкевич прекрасно осознавал те дилеммы, перед которыми оказалось польское общество. Главный герой его поэтической повести, Конрад Валленрод - литовец, вынужденный вести тайную борьбу. В молодости он был вывезен со своей родины рыцарями Тевтонского ордена и превращён ими в своего рода «янычара» (янычары - отборная турецкая пехота, созданная в 1330 году из молодых христианских пленников; с XV века включала также турков). Впоследствии под влиянием патриотических наставлений старого литовского песнопевца Хальбана он становится Великим магистром ордена, чтобы затем своим коварством привести его к катастрофе. Валленрод не отступает ни перед чем, чтобы завоевать независимость для своей исторической родины - Литвы.

В Польше публикация «Конрада Валленрода» вызвала настоящую бурю, которая только усилилась после поражения восстания 1830 года. В центре бурных споров была сама идея "двойной игры с тираном". Одни считали, что это патриотическое произведение, другие - особенно польские эмигранты, живущие в Париже, - что оно оправдывает коллаборационизм. Многие писатели и публицисты упрекали Мицкевича в том, что он пропагандирует предательство и вероломство. Сам Мицкевич под конец жизни хотел даже сжечь свое произведение, будучи убежден, что оно не идет на пользу дела свободы.

Влияние «Конрада Валленрода» на сознание русского общества было неоднозначным. Вскоре после появления петербургского издания значительная часть представителей российских интеллектуальных кругов, критически настроенных к царскому режиму, обнаружила в этом произведении углублённый портрет собственной духовной жизни. О переводе поэмы на русский язык подумывал даже сам Пушкин, а художественно-аристократическая элита Петербурга и Москвы рассыпалась в восхвалениях поэмы Мицкевича, видя в ней одно из крупнейших достижений европейского романтизма.

Однако после того, как в Польше вспыхнуло восстание 1830, а затем 1863 года, значительная часть влиятельных русских, писателей к публицистов — в том числе Достоевский и Катков — начали ссылаться на это произведение Мицкевича прежде всего затем, чтобы укоренить в русском обществе стереотип поляка как коварного и вероломного агента Ватикана. «Валленродизм» был признан одной из отрицательных черт польской ментальности. Это мнение было тем более несправедливо, что многие поляки сами в душе не соглашались с идейным содержанием поэмы.

В Польше проблема «валленродизма» неоднократно выходила на первый план в переломные моменты истории XIX и XX веков. Намерения вести «двойную игру е тираном» усматривалось в спорных начинаниях лиц, занимавших высокие должности в административном аппарате государств-оккупантов или же в зависящих от СССР органах власти коммунистической Польши. В частности, в этом ключе обсуждалась деятельность Ксаверия Друцкого-Любецкого, высшего чиновника, управляющего экономикой зависимого от России Царства Польского, созданного в 1815 году, или графа Александра Велепольского, который в 1863 году организовал массовые аресты среди политически активной части польской молодёжи, чтобы предотвратить вспышку нового восстания против России, обречённого на кровопролитное поражение.

Наиболее ярким среди последних примеров возвращения в Польше к проблеме «валленродизма» стали продолжающиеся по сей день дискуссии, связанные с оценкой повеления генерала Войцеха Ярузельского, который в 1981 году ввёл в Польше военное положение, чтобы усмирить движение «Солидарность». По-прежнему продолжаются споры, произошло ли это по указке Москвы, или же, напротив, генерал хотел таким образом воспрепятствовать планам вторжения в Польшу, которые вынашивали кремлёвские «ястребы», - то есть стремился сохранить ничтожные остатки польской суверенности.

Однако независимо от этих живых параллелей символическою языка произведения Мицкевича с недавним прошлым Польши «Конрад Валленрод» остаётся прежде всего великолепным поэтическим рассказом, повествующим о драматических приключениях человеческого сердца, и размышлением о таинственных связях между нравственностью и историей.

Перевел с польского Святослав Свнцкий
Перепечатано в сокращении из журнала
«Новая Польша», № 5 зa 2001 год

 
.