Официальный сайт администрации городского округа «Город Калининград»
Фотогалерея. Кафедральный собор. Фото Фунтикова В.А.

Просмотрено страниц
179603104
133231

Хосты
10300353
9976

Посетители
46925482
100487
236
   
«Балтийский альманах»
КУЛЬТУРА

Нина Перетяка

ОБЕРТОНЫ ВРЕМЕНИ

Юбилейный аспект сегодняшнего семинара предъявляет ко мне требования на ретроспективный взгляд и обязательство заглянуть в будущее, чтобы понять и сформулировать смысл и значение настоящего, сегодняшнего нашего бытия.

Десять лет связывают большинство участников семинара крепкими человеческими узами, исповедующих лозунг «Идти навстречу друг другу». Мы, конечно, ещё в пути, но во многом ушли от самих себя, тех, кем мы были в 1993 году. И именно эти поменявшиеся представления, стёршиеся идеологические стереотипы, открытость и расположенность помогают нам идти навстречу друг другу.

Самым популярным словом конца 80-х - начала 90-х в Германии было слово «перестройка». К слову сказать, многие мои друзья из Германсбурга, не выговаривая мою фамилию «Перетяка», называли меня просто «Нина Перестройка».

Именно смена идеологии, новые политические позиции сделали наш город с такой непростой историей открытым и доступным для его прежних, довоенных жителей. Председатель Фонда культуры, созданного в 1987 году, Юрий Иванов, сформулировал новые культурные программы, был полномочным политиком, взявшим на себя ответственность протянуть руку дружбы и понимания землячествам Восточный Пруссии. С немецкой стороны таким политиком была графиня Марион Дёнхоф, издательница газеты «Die Zeit». Она писала:

«Любым поступкам и действиям предшествует длительная мыслительная работа, обсуждение проблемы, и только потом реализуется какой-то конкретный замысел или проект.

В итоге я поняла, что нужно отказаться от насилия, именно провозгласить отказ от насилия, только так можно проложить конец этому ужасному истреблению и изгнанию людей. Моим лозунгом, который я отстаивала в ходе многих дискуссий, до сих пор было: да — отказу от насилия, нет — отказу от территорий, как того требовала Польша. Ведь если они не верят в наше желание отказаться от насилия, как они могут поверить в то, что мы откажемся от территориальных притязаний? Однако когда в 1970 году к власти пришёл кабинет Брандта, приступивший, наконец, к проведению активной восточной политики, в защиту которой я выступала уже с конца 50-х годов, мне показалось, что я уже не смогу и дальше придерживаться своей прежней политической позиции, так как если мы стремимся к нормализации отношений, то в вопрос об окончательных границах необходимо внести ясность. Когда же наступило это горькое прозрение? Всегда нелегко точно определить, в какой момент и о чём ты подумал. Но в данном случае об этом чёрным по белому написано в предисловии к моей книге «Имена, которые больше никто не называет», появившейся в 1962 году: « Чем яснее становилось, что прямолинейный подход: «да» отказу от насилия, «нет» — отказу от территорий, не может служить ответом на поставленный вопрос, а уже пришло время полновесного «да» или «нет», тем быстрее пришлось мне решиться на окончательный выбор. Я выбрала «да», хотя это и было для меня такой тяжкой жертвой, потому что знала, что «нет» могло означать только ненависть и месть».

Я не могу представить себе, что, упорствуя в своей ненависти к тем, кто завладел твоей родиной, клевеща на тех, кто выступает за примирение, ты подтверждаешь таким образом свою к ней высокую любовь. Когда я вспоминаю о лесах и озёрах Восточной Пруссии, о её широких лугах и старых аллеях, я думаю о том, что и сейчас они сияют несравненной красотой, как в те времена, когда там была моя родина. И, может быть, это и есть высшее проявление любви: любить не владея.»

Это было напечатано в 1988 году, а в 2002 году, после смерти М.Дёнхоф, появилось много публикаций о ней. Вот одна из них, из воспоминаний ученика и друга графини - Кржетинского:

«Это было рвущее сердце трогательное зрелище, когда становящаяся всё более лёгкой фигура графини появилась в Варшавском аэропорту. Как и каждый год, в конце мая, она прибыла на праздник абитуриентов в лицей графини Дёнхоф в Миколайках. Со дня основания школы в девяностых годах, которой графиня после некоторого колебания дала своё имя, она серьёзно восприняла свою задачу, обращалась к «своим» абитуриентам с короткими, эмоциональными речами, давала им в пути немного просветительскую кантинианскую уверенность, призывала их к самодисциплине и способности критиковать, и радовалась, что в этой польской провинции процветает новый образовательный центр. Далее следовала всегда маленькая корабельная поездка абитуриентов с той, «которая дала лицею имя» по большим Мазурским озёрам, и возник обычай повернуть у «парома», который перевёз графиню Дёнхоф через озеро во время её прощальной скачки по Мазурии осенью 1941 года.

Для нас, польских друзей Марион, это означало символическое и постоянное возвращение графини на её и нашу родину. И одновременно это было больше, чем возвращение. Это был акт исторической общности и возможного и желательного общего будущего двух братских народов, которых неприязнь, ненависть и страдания в недалёком прошлом натравливали друг против друга. Марион Дёнхоф объездила Польшу уже в конце 50-х годов. Будучи главным редактором и издательницей газеты «Цайт», она сделала в своём редакционном бюро нечто вроде немецко-польского салона или более восточного политического диалога. Она брала под своё крыло молодых журналистов, учёных, интеллектуалов, давала им стипендии и всерьёз принимала их — хотя и ещё неизвестных — в качестве партнёров по диалогу, и кое-кто из них научился предавать другим то, чем она его одарила. Одно польское стихотворение начинается словами: «Поторопимся любить людей, ведь они так быстро уходят от нас». За свою долгую и творческую жизнь графиня дала многим людям шанс любить её. В Польше ценили и любили её, потому что у неё было чутьё в отношении этого региона, но, прежде всего, потому что она переживала и о чём она писала. Она сама часто повторяла: высочайшей степенью любви является — любить, не владея».

Трудно сказать, когда точно графиня пришла окончательно к этой мысли. Но в 1989 году она впервые приехала в Калининград с подарком городу - миниатюрным памятником И.Канту, копией работы Х.Рауха, и в этот её приезд родилась идея воссоздания памятника Канту, от него, довоенного, остался только постамент, цоколь. Эта идея стала цементирующей в отношениях М.Дёнхоф и Ю.Иванова в последующие годы.

27 июня 1992 года перед зданием университета был открыт памятник И.Канту, воссозданный немецким скульптором из Берлина Х.Хааке. Великий сын своего города снова вернулся в него в своём бронзовом изваянии. Это был огромный знак понимания и примирения между нашими народами, и идея эта осуществилась усилиями очень многих людей.

Этот день памятен для Фонда культуры Калининграда и многих людей Германсбурга и тем, что именно 27 июня 1992 года в нашем городе открывались первые дни немецкой культуры и немецкую сторону представляли члены общества «Культурная инициатива» из Германсбурга, двигающей силой которой были Рольф Майер и Ула Фосс, и принимали в ней участие и экуменистическая община и ляйнсклуб Германсбурга. Ответные дни Калининграда в Германсбурге состоялись в октябре того же года.

Я обречена в своей личной жизни и моей работе всегда помнить то, чему я научилась, работая рядом с Ю.Ивановым, он научил меня искать ответы на вопрос: «Город, в котором мы живём, что знаем о нём мы, пришедшие сюда в апреле 1945 года?»

Ю.Н. Иванова не стало в 1994 году, ежегодно мы проводим вечера памяти о нём. Я хочу рассказать о нём через призму восприятия 15-летних юношей. И этим мне хочется подтвердить мысль о том, что, оглядываясь в прошлое, мы с большей мудростью смотрим в будущее. Два мальчика, побывавшие на вечере, где было много воспоминаний о Ю.Иванове, прочли его книги и написали своё сочинение, которое мне принесла их учительница. Я его процитирую.

«После вечера мы поняли, как слабо знакомы с творчеством Юрия Николаевича, которое является культурно-историческим наследием. Появилось желание поглубже заглянуть в него. Первое, что мы прочли — «Оглянись в пути». О чём это? Что мы здесь найдём для себя? Автор пишет: «Иногда это всё мне снится: огромный, горько пропахший пожарищами и порохом, разрушенный город... Всюду груды железа. Сгоревшие, с распахнутыми люками танки... Куда ни кинешь взгляд, он всюду натыкается на убитых... Группкой лежат подростки в длинных шинелях. Это «фольксштурмовцы». Девочка стоит на коленях возле убитого юноши, держит его голову, глядит куда-то в пространство. Сквозь этот дымный воздух, сквозь нашу небольшую команду, сквозь меня, щуплого подростка в большой, не по росту, военной куртке и шапке, сдвинутой на затылок.»

Детство опалила война. Разве можно это забыть? И Ю.Н. Иванов образно и ярко рассказывает об этом в своём романе «Мы шли под грохот канонады». Это тоже автобиографично. «Оглянись в пути» - человечество на пороге 21 века, а войны из жизни не уходят в прошлое. Взрослые не жалеют детей, не жалеют того, что создают поколения. Война - это разрушение материального, духовного, разрушение человека. «Оглянись в пути» - зовёт нас автор:

«Как всё чётко и ясно помнится, видится... Нашу похоронную команду... девчонка-регулировщица «притормозила». Дальше проезд закрыт... Вертай вон туда к Шиллеру.

К Шиллеру? Поэту? Неужели? Тот самый? Мне было одиннадцать и осилил я лишь одно произведение великого немецкого поэта — «Разбойники»... «Шиллер? Не может быть?..» И мы отправляемся, чтобы убедиться, что это именно он стоит. Высокий, тёмный, пробитый пулями. С рукописью в руке. Глядит куда-то вдаль своим немигающим взором. Сквозь этот день, эту горькую дымку, сквозь эти разрушенные дома и соборы, сквозь нас, сквозь века. Да, это он! Шиллер - крупно написано на сером постаменте. И ещё две надписи. Одна чёрной краской по-немецки: «нихт шиессен», что означает: «не стреляйте». И одна мелом — «не стреляйте, это свой...»

Почему эти страницы показались интересными? Да потому, что этот памятник и сегодня украшает наш город Калининград. После войны он был восстановлен и около него, напротив здания театра, разбит красивый сквер с фонтаном. В 1954 году в театре была осуществлена постановка драмы Шиллера «Мария Стюарт», которая и теперь в репертуаре театра.

Да, мы должны оглянуться, осмотреться, чтобы узнать, что тут было до нас? Кто тут был? Что за люди оставили нам эти прекрасные мостовые, парки и сады, великолепную архитектуру совершенно сохранившегося в войне кёнигсбергского района Амалиенау (сегодня район улицы Кутузова)? Что происходило в древних стенах полуразрушенного Кёнигсбергского замка? Чьи голоса звучали в стенах сгоревшего Кёнигсбергского университета?

Для чего всё это нам надо? Чтобы нечто важное понять для себя. «Понять, на какой земле мы все живём, чьи корни и какие мощные корни иных народов таятся под нашими торопливыми, всё спешащими куда-то ногами», - пишет Ю.Н. Иванов.

В статье «Памяти Ю.Иванова» журналист В.Савинщев пишет: «Так семисотлетняя история Кенигсберга становилась нашей историей, а в его культуре мы стали искать факты и знаки культурной истории России, её связей с этим городом и, через него, с Европой. Находили их в переплетении путей и судеб. В результате наше сознание вслед за историей соединяет имена Канта и Карамзина, Глинки, Листа и Вагнера, Блока и Гофмана... И в этом переплетении культур наши духовные корни на этой земле как Центра Европы и части России... Основа этого осознания - точно показана писателем Ю.Н. Ивановым».

Я люблю мой город, в котором живу, он мне интересен своей историей, зелёным нарядом, лицами людей, архитектурными сооружениями. Я не могу относиться равнодушно к его судьбе, и эта моя позиция диктует мне особенно внимательное отношение к приближающемуся 750-летнему юбилею. Именно столько лет в 2005 году исполнится со дня закладки крепости, что являлось началом города в средневековые времена.

Удивительным и неподдельным был интерес к истории нашего края в конце 80-х годов, когда упали идеологические барьеры. Оказалось, что очень много историков-любителей, краеведов, коллекционеров хранят в памяти и в предметах следы многовековой истории и культуры края, наступило время их востребованности.

Грядущий юбилей в моём представлении - это повод осмыслить себя, сегодняшний мир в новых изменённых условиях. В то время, когда уходит поколение, пережившее Вторую мировую войну, ответственность принимает на свои плечи моё поколение 50-летних перед детьми и внуками, а они выросли в совершенно иной идеологии и понятиях, более ориентированные на материальные, а не на духовные ценности.

Сегодня становится символичным само анклавное положение Калининградского региона, как для России, так и для Европы, способное создать тот мост культуры, который соединит прошлое и будущее, Запад и Восток, мост от русской духовности и широты к западному рационализму, умению хозяйствовать и подчинять себя единому нравственному закону, который ведёт к созиданию, а не к разрушению.

Хочется развить тему мостов, ссылаясь на очень интересный взгляд выходца из Кенигсберга Георга Вит-та, который живёт сегодня в Швейцарии. Он вспоминает о том, что в Кенигсберге было семь мостов и рассуждает, что мосты всегда соединяют и помогают преодолеть рвы, реки и обрывы, и также между людьми необходимо возводить мосты, и это будут семь символических мостов.

В основе первого - стабильность. Это главное условие. Мост должен быть надёжным не только сегодня, но и в будущем.

Второй мост - это открытость миру. Нам не нужны разъединяющие заборы, надо преодолевать замкнутость и национализм. Жить с мыслью - не мы самые лучшие в мире, мы открыты другим народам, культурам, конфессиям, мы проявляем понимание к языкам других народов, к их обычаям и нравам, к другому образу мышления, мы симпатизируем людям других наций.

Третий мост несёт на себе свободу и ответственность. Жить свободно без страха - цель демократии. Это относится и к свободе выбора профессии, к свободному обмену мнениями. Свобода способствует прогрессу в хозяйственной, культурно, региональной и политической сферах деятельности. Она создаёт такие импульсы, без которых не может общество двигаться вперёд. И в то же время свобода похожа на растение, которое нуждается в хорошем интенсивном уходе. Всякая свобода имеет свои границы, которые проводятся на основе законов и порядка. Каждая свобода зиждется на ответственности тех, кому она дана.

Четвёртый мост нужен для хозяйственного процветания. Постройка его уже началась. Это проявилось в создании свободной экономической зоны в янтарном крае, для развития которой, конечно, необходимо правильное регулирование налогов и пошлин. Стабильное законодательство сможет способствовать росту инвестиций. Хозяйственный подъём требует притока капиталов, а главное, собственной работы. Для прилежных, инициативных людей нужно создавать больше возможностей. К успеху ведёт и профессиональное обучение. Это всё не приходит само. Чтобы земля расцвела, нужно каждому проявить инициативу.

Социальная направленность - вот ещё один мост, пятый. У каждого народа есть не только сильные, здоровые люди. В каждом общества есть также и слабые люди, инвалиды, больные, старики. В гуманных поступках, в заботе о них общество становится сильнее.

И ещё одно направление для постройки шестого моста - это наша природа, бережное к ней отношение. Как чудесно видеть вокруг ухоженные леса и поля, аистов - весной, лосей - в лесу, хранить и приумножать всё созданное природой, никогда не отстраняться от Бога, верить в разумное начало.

И, наконец, седьмой мост заключается в мире и всепрощении. Конфликты, враждебность присутствуют везде, где живут люди. Иногда кажется невозможным преодолеть эти негативные явления. И всё же надо чаще приходить друг к другу с покаянием, говорить - я сожалею. В политике это сделать труднее. Но надо уяснить, что война не в природе человека, она опустошает землю, разрушает культуру, уничтожает связи между людьми. Конфликты ожесточают сердца людей. И только любовь возвращает к жизни. Эрнст Вихерт, немецкий поэт и борец за свободу, писал: «Думайте о том, что никакая земля не расцветёт, если мы не будем орошать её своей любовью».

И в этом - высокая мера ответственности каждого поколения.

6 июня этого года в Светлогорске (Раушене) произошло ещё одно знаковое событие - с участием Нобелевского лауреата Гюнтера Грасса был открыт памятный знак Томасу Манну, который, как свидетельствуют архивы, провёл здесь свой отпуск в августе 1929 года и написал новеллу «Марио и фокусник».

Это произведение критики оценивают как предупреждение надвигающемуся в те годы фашизму, и именно этих страниц истории он не простил своей Родине, навсегда оставшись в эмиграции.

Такие важные культурные события объединяют наши народы и страны, дают настрой думать о вечном.

Историческая память Калининграда-Кенигсберга - это опыт не только войн, завоеваний, противостояния. Останавливать время, как и переделывать историю - дело неблагородное, а то и чреватое взрывом самым разрушительным: бездуховностью и утратой корней. Всё это уже было в нашей жизни.

Судьба даёт нам иной шанс: восстановление исторической перспективы, собирания и трансформирования в будущее опыта многих народов, прошедших через эту землю: пруссов и литовцев, немцев и русских, шведов, поляков, французов.

Считаю начатую тему 750-летнего юбилея города необходимой для профессиональных разговоров в кругах архитекторов, художников, писателей историков, краеведов, учителей, а также для самых широких слоев населения в их профессиональном возрастном качестве, для всех, кому дорога эта часть России, теперь уже родная земля трёх поколений. Осознание ответственности за свою землю - вот тот нравственный стержень, который должна дать новым поколениям историческая память.

Сам юбилей должен послужить поводом для собрания воедино всех намерений относительно темы города. Праздновать мы его собираемся вместе с нашими странами-соседями в 2005 году.

Доклад на семинаре в Германсбурге
29 сентября- 3 октября 2003 года

 Штадтхалле, ул. Фордерросгартен (Историко-художественый музей, ул.Клиническая)
Штадтхалле, ул. Фордерросгартен
(Историко-художественый .музей, ул.Клиническая)
Рис. А.Орлова
 
.